Я учусь жить так, словно сегодня ты покинешь меня… Пойми, ты как моё дитя, которое я носила в себе все вчерашние века, а крестная любовь — которой ты меня научишь — это моя мука твоего рождения; может, твоего не первого света, но твоего и только твоего Пути — вне меня.

Мальчик мой, моё дитя, ты знаешь, где Свет, ты всё знаешь. Я буду молиться, чтобы ты его увидел, чтобы, помогая мне, двигался к нему… Проведи же и ты меня через все телесные и духовные муки — к смирению, мужеству и истинной любви; а увидев свет, — кричи громко и звонко — кричи! — это сама Жизнь дышит теперь тобой, а ты — жизнью, так, что не кричать — невозможно…

Но а пока — молюсь о твоём большом и крепком сердце, пою тебе колыбельные едва слышно, учусь жить с тобой и без тебя, и слушаю тебя, моя душа. Дитя моё, ты всё это забудешь на многие годы, пока меня не зароют в землю, пока и тебя не зароют рядом — многие-многие-многие годы спустя… Но там, когда тела мы отбросим — вечность и чудо будет — мы найдёмся, и вспомним, и тогда мы заплачем… Но то будут слёзы, сеящие новую жизнь.